Финансовый крах и развал инфраструктуры Wildberries: катастрофический ущерб в 400 миллиардов рублей от атак БПЛА неизбежно ведет компанию к дефолту

Финансовый крах и развал инфраструктуры Wildberries: катастрофический ущерб в 400 миллиардов рублей от атак БПЛА неизбежно ведет компанию к дефолту

Журналисты о реальном ущербе для Wildberries от ударов БПЛА и утраченном доверии к маркетплейсу. 

«За 18 дней – с 18 июля по 5 августа – под атаки попал как минимум 21 логистический объект Wildberries. Часть комплексов продолжила работу, часть была остановлена, а некоторые получили критические повреждения. Это уже не серия локальных пожаров. Перед нами первый крупный стресс-тест российской платформенной торговли, в котором одновременно оказались затронуты три уровня системы: инфраструктура маркетплейса, товарные запасы продавцов и оборотный капитал десятков тысяч предпринимателей.

 Предварительная оценка: совокупный прямой ущерб уже может находиться в диапазоне 275–370 млрд рублей, однако эксперты говорят о 400 млрд рублей. 

Что произошло

 Первая подтверждённая атака этой серии произошла 18 июля. Под удар попали объекты Wildberries в Электростали и Котовске. Последствия оказались тяжёлыми не только для бизнеса. В Электростали погиб один человек, десятки получили ранения. В Котовске погибли семь сотрудников, ещё 25 пострадали. В дальнейшем пожары, разрушения и остановки работы были зафиксированы на объектах в Краснодаре, Невинномысске, Шушарах, Новосаратовке, Пензе, Сарапуле, Перми, Волгограде, Новосемейкине, Владимирской, Ленинградской и Тверской областях. 

К 5 августа источники насчитывали уже не менее 21 атакованного объекта. 

Сколько стоит физическая инфраструктура 

В исходных расчётах использовалась стоимость строительства склада класса А на уровне 60–70 тыс. рублей за квадратный метр. Если механически применить её к 909 тыс. м², получится 54,5–63,2 млрд рублей только по строительной части. После добавления конвейеров, сортировочных линий, стеллажей, систем автоматизации, серверного и противопожарного оборудования стоимость восстановления действительно может превысить 65–75 млрд рублей.Но это расчёт восстановительной стоимости, а не уже подтверждённый бухгалтерский убыток.

Во-первых, не все объекты уничтожены полностью.

Во-вторых, часть зданий может принадлежать сторонним собственникам или девелоперам.

В-третьих, необходимо учитывать страховое покрытие, остаточную балансовую стоимость, повреждение инженерных систем и возможность восстановления отдельных корпусов.Главный убыток находится не в бетоне

Наиболее дорогой актив, уничтоженный при пожарах, – не сами здания, а товар продавцов.

Исследовательская компания Data Insight оценила потери селлеров по состоянию на 3 августа в 215–280 млрд рублей. В основе расчёта – в том числе опыт пожара на складе в Шушарах в 2024 году: после уничтожения комплекса площадью около 112 тыс. м² Wildberries компенсировала почти 35 млрд рублей товарных остатков.Такой ориентир соответствует товарной загрузке примерно 312 тыс. рублей на квадратный метр.После атак 4–5 августа итоговая оценка может увеличиться. Поэтому диапазон 230–300 млрд рублей товарных потерь представляется реалистичным рабочим сценарием.

Почему 400 млрд рублей – не факт, но уже не фантастика

Если сложить: 70–80 млрд рублей ущерба недвижимости и оборудованию; 230–300 млрд рублей уничтоженных товаров; расходы на перенаправление потоков, простой, выплаты пострадавшим, восстановление информационных и логистических систем,получается диапазон прямых и ближайших операционных потерь примерно 275–400 млрд рублей.

Но верхняя граница предполагает одновременно высокую стоимость восстановления, почти полную утрату товара на наиболее пострадавших объектах и ограниченное страховое возмещение.
И это ещё не совокупный экономический ущерб. В расчёт не включены банкротства поставщиков, потеря налоговых поступлений, стоимость экстренного кредитования, срывы производственных заказов, рост страховых тарифов и увеличение оборотного капитала во всей цепочке поставок.

Почему прибыль Wildberries не отвечает на вопрос о платёжеспособности

По неаудированным данным группы РВБ, её товарооборот, или валовая стоимость реализованных товаров (GMV), в 2025 году достиг 6,1 трлн рублей, а чистая прибыль – 175 млрд рублей. Площадь логистической инфраструктуры превышала 5,2 млн м².

Из этого следуют два вывода. Первый: затронута существенная часть сети. Если оценка повреждённых площадей в 893 тыс. – 1,154 млн м² верна, речь идёт примерно о 17–22% всей заявленной логистической площади группы. 

Второй: сравнивать ущерб с оборотом 6,1 трлн рублей некорректно. Оборот – это стоимость прошедших через площадку товаров, значительная часть которой принадлежит продавцам. Это не выручка и тем более не свободная ликвидность Wildberries. Даже компенсация 60–70% предполагаемых товарных потерь потребовала бы 140–210 млрд рублей. Это сопоставимо со всей чистой прибылью группы за 2025 год или превышает её. Полная компенсация в размере 300–400 млрд рублей означала бы необходимость использовать накопленную ликвидность, страховые выплаты, долговое финансирование, помощь акционеров либо государственные механизмы. 

ВТБ здесь не является кошельком Wildberries 

Чистая прибыль группы ВТБ по МСФО за 2025 год действительно составила 502,1 млрд рублей. Кроме того, ВТБ объявлял о приобретении 5% ВБ Банка. Но из этого не следует, что ВТБ обязан или намерен финансировать компенсации Wildberries. Доля в банке маркетплейса не тождественна доле в группе РВБ. Чистая прибыль ВТБ также не является свободным фондом: она связана требованиями к капиталу, дивидендами, резервами и решениями акционеров. ВТБ и Костин в частности, явно не будет брать на себя убытки селлеров. Также понятно, почему к схеме использован ВТБ: Сулейман Керимов был крупнейшим частным акционером банка до 2008 года – он практически пророс внутрь системы, банк всегда участвует во всех его схемах. Будь то финансирования покупки Полюс.Золото, когда Керимов не дал ни копейки, будь то схема с Башней Евразия в Москва-Сити: Керимов выкупил права требования от ВТБ к Павлу Фуксу (выкупил, кстати, на деньги ВТБ), после отжал Евразию по цене 200.000 рублей за метр, а как итог – продал Евразию самому же ВТБ по цене 1 млн за метр.

Вот такая не хитрая арифметика

7 июля, за 11 дней до первой атаки, вступила в силу новая редакция оферты Wildberries. В неё были включены удары беспилотников, обстрелы и взрывы как обстоятельства непреодолимой силы.

Формально это усилило позицию площадки в спорах о компенсации утраченного товара. Однако положение оферты не гарантирует автоматического освобождения Wildberries от ответственности. В каждом споре могут оцениваться причинно-следственная связь, достаточность мер безопасности, порядок эвакуации, действия при пожаре, страхование и соответствие условий договора закону.

Компания впоследствии объявила о добровольных выплатах. К концу июля сообщалось о перечислении продавцам более 40 млн рублей. На фоне предполагаемых потерь в сотни миллиардов это пока символическая сумма.

После уничтожения товара долг остаётся, а денежный поток исчезает. Поэтому даже частичная задержка компенсации способна вызвать кассовый разрыв, дефолт и цепочку требований уже к собственникам бизнеса.

Скрытый риск – не размер пожара, а скорость оборота
Wildberries может восстановить склады и привлечь финансирование. Намного сложнее восстановить доверие продавцов.

Если селлеры начнут массово переводить поставки на Ozon, «Яндекс Маркет» и собственные каналы, компания столкнётся сразу с несколькими эффектами:

• сокращением ассортимента;
• падением доступности товаров по регионам;
• ухудшением сроков доставки;
• снижением частоты покупок;
• ростом удельной стоимости логистики;
• дополнительным оттоком продавцов.

Это нелинейный процесс. Утрата части ассортимента ухудшает клиентский опыт; снижение клиентского трафика делает площадку менее привлекательной для продавцов; уменьшение объёма повышает стоимость обработки каждой единицы товара.

Именно поэтому убыток в 300 млрд рублей при стабильном обороте и тот же убыток при падении товарооборота на 15–20% – два принципиально разных сценария.

Комиссии для селлеров

Продавцы действительно сообщают о резком росте совокупной стоимости работы с российскими маркетплейсами. Для сравнения: 47% у российской площадки против 3% у Taobao и 15% у Amazon.

В российские показатели могут одновременно входить комиссия, эквайринг, логистика, хранение, последняя миля, продвижение и штрафы. У зарубежных площадок часть этих затрат оплачивается отдельно.

Крупные продавцы по WB и OZON получают индивидуальные скидки, а небольшие компании платят более высокий совокупный тариф, именно малый бизнес оказывается наименее защищённым от уничтожения запасов и временной остановки продаж.

Как итог

Кризис Wildberries – это не история об одном маркетплейсе и не только стоимость сгоревших складов.

Через его инфраструктуру проходят товары сотен тысяч предпринимателей. Для многих из них потеря запасов означает не снижение прибыли, а мгновенное исчезновение всего оборотного капитала при сохранении долгов перед банками, поставщиками и государством.

Пока подтверждаемая оценка ущерба ниже 400 млрд рублей. Но именно 400 млрд могут стать реальностью, если к физическим потерям добавятся массовые дефолты продавцов, отток ассортимента и устойчивое падение оборота.